Основные приоритеты, программы развития и проекты российской космонавтики

11:55 10/04/2018
👁 487

Ракета-носитель «Союз СТ» Куру

Ключевым событием 2016 года стало утверждение ФКПР-2025, реализация которой должна закрепить основные приоритеты, программы развития и проекты российской космонавтики.

Разработка новой программы усугубляется финансовым секвестром: с заявленных весной 2014 г. 2,85 трлн р., сокращением до 2 трлн р. к весне 2015 г. и в конечном итоге утвержденным в марте 2016 г. лимитом 1,4 трлн р.  (с возможным увеличением до 1,6 трлн р. после 2022 г.). Это означает, что в 2017–2021 гг. на гражданский космос с учетом инфляции будет выделятся меньше, чем в среднем в 2012–2016 гг. В результате ФКПР-2025 является программой выживания, но это пока слабая мотивация искать новые источники доходов: двукратный секвестр привел лишь к непропорциональному сокращению большинства проектов и отказу от самых амбициозных, в том числе сдвигу за пределы 2030 г. высадки российских космонавтов на Луну.

Согласно ФКПР-2025 ГК “Роскосмос” планирует увеличить орбитальную группировку спутников научного и социально-экономического назначения с 49 КА в 2015 г. до 70 КА в 2025 г., в том числе: в сегменте связи и телевещания – с 32 до 41 КА; в сегменте ДЗЗ –с 8 до 23 КА; в сфере фундаментальных космических исследований за этот период планируется запустить до 15 научных КА (в основном астрономических и медико-биологических, а также для исследования Луны и Марса).

Запланированы разработка и начало испытаний после 2021 г. нового пилотируемого КК «Федерация» (на него выделено 58 млрд р.), а также достройка российского сегмента МКС путем пристыковки трех орбитальных модулей (выделяется около 11 млрд р.). Отдельно финансируется (в диапазоне 2,5–3,0 млрд р. ежегодно) создание транспортно энергетического модуля на основе ядерной энергодвигательной установки (ЯЭДУ).

Важно, что Россия и США заключили новый контракт на доставку в 2018–2019 гг. шести американских астронавтов на МКС на борту КК «Союз МС» стоимостью 5,7 млрд р. Ключевая прогнозная гипотеза в рамках оценки долгосрочной реализации потенциала развития РКП заключается в том, что мировой кризис 2008–2009 гг. является только первой фазой глобальной перестройки мировой финансово-экономической системы, а его природа отличается от кризисов классического торгово-промышленного цикла.

Возможно,что с осени 2015 г. начались пусть еще пока вялотекущие, но заметные кризисные процессы в глобальной экономике. В итоге оптимистические прогнозы и планы с 2018 г. придется пересматривать, так как такая перестройка резко снизит общемировые среднегодовые темпы роста до середины 2020-х гг. (Кошовец,Ганичев, 2010; Фролов и др., 2011; Кошовец, 2015; Frolov, 2016a).

В рамках первого этапа долгосрочного прогнозирования российской РКП была сделана оценка верхней границы (максимум) доходов российских предприятий от КД, в том числе и за счет выхода на мировые космические рынки.

Использовалась методика прогнозирования, изложенная в (Бендиков, Фролов, 2007 с. 396–417), с дополнениями (Фролов, 2016б).

В период 2017–2019 гг. будут наблюдаться стагнация и даже некоторое снижение доли России на МКР, а ее значимый рост возможен только после 2020 г. Расчеты показали, что примерно с середины 2020-х гг. начнется насыщение на большей части производных космических рынков, но в России это произойдет не ранее начала 2030-х гг. Поэтому в этот период доля России на МКР будет расти чуть более быстрыми темпами.

Однако даже к 2035 г. доля России на коммерческом МКР согласно прогнозным расчетам не превысит 2,0–2,5% (т.е. может вырасти примерно в 2,5 раза по сравнению с 2015 г.), что значительно меньше значимых 7–10%, которые необходимы для того, чтобы Россия входила в тройку ведущих космических держав.

Следует отметить, что столь печальные оценки перспектив развития российской РКП получены вследствие использования  упомянутой выше новой концептуализации теории инноваций, согласно которой учитываются не просто внедрение технологических новаций, а достижение значимых  абсолютных объемов чистой прибыли  предприятиями  отрасли, необходимых для устойчивого финансирования циклов реинноваций.

К сожалению, российская РКП обладает пока конкурентоспособностью только в сфере вывода ПН и, временно, в сфере пилотируемой космонавтики.

Относительно конкурентоспособной в рамках сегмента услуг является навигационная система ГЛОНАСС, но и она столкнется с сильной конкуренцией с системами Galileo (ЕКА) и BeiDou (КНР) после 2020 г. Ключевой вывод прогнозного моделирования: Россия уже отстает от США и ЕКА (за исключением пилотируемой программы) , но ко второй половине 2020-х гг. уступит третье место и КНР, которая последовательно и системно реализует амбициозную  космическую программу, включая создание многомодульной орбитальной станции Tianhe, а в перспективе – и базы на Луне.

Теоретические результаты исследования позволяют так сформулировать ответы на вопросы.
1. До конца 1980-х гг. космонавтика была инновационной отраслью, но к настоящему времени значимая часть секторов ракетно-космической промышленности участвует только в создании локальных новаций (в частности, в секторах космической связи, ДЗЗ,рынка навигационных услуг и пр.), результаты которых приносят добавленную стоимость в отраслях, не входящих в сферу КД (например, телекоммуникационный сектор экономики, относящийся к Downstream). В большей же части космической инфраструктуры и пилотируемой космонавтики научно-технический прогресс заторможен.

Только с 2010-х гг., когда эти сектора КД начали активно коммерциализироваться, постепенно возникают условия новой волны нововведений.

2. Соответственно современный уровень развития науки и техники, а также масштабы КД в целом недостаточны, чтобы космонавтика на данном этапе своего развития смогла стать самостоятельной сферой деятельности, т.е. глобальным нововведением, а поэтому инновационные процессы в РКП требуют масштабной государственной поддержки. Где же выход для российской космонавтики?

Перспективное развитие РКП как инновационной отрасли должно стать составной частью более общего плана – формирования комплекса условий нового глобального нововведения на основе перспективных видов космической деятельности. Космонавтика в  перспективе имеет все шансы стать таким глобальным нововведением.

С 2040– 2050 гг. перед человечеством с неизбежностью возникнут задачи вовлечения новых ресурсов в свою хозяйственную деятельность (сначала со дна мирового океана, а затем и внеземных объектов), иначе неизбежно возникнут пред- посылки разрушения современного типа мировой экономики. Но к этому необходимо готовиться уже сейчас, если поставить осознанную цель создания на основе развития РКП предпосылок формирования нового глобального нововведения.

Развитие всей российской КД в целом в таком аспекте предполагает закладку принципиально нового технологического фундамента, на базе которого впоследствии можно будет строить программу освоения ближнего и дальнего космоса.

Речь идет об отработке критических технологий, направленных на полеты, а в перспективе – освоение астероидов как новой ресурсной базы человечества.

В частности, надо указать на проект ЯЭДУ. По этому проекту помимо космического ядерного реактора необходимо реализовать не термоэмиссионное преобразование тепла в электричество, а турбомашинное (включая капельные радиаторы) и принципиально новые электроракетные двигатели.

Дополнительно целесообразно воссоздавать на новой технической и технологической основе и многопусковой ядерный ракетный двигатель для межорбитальных полетов «Земля–Луна».

В этом случае Россия получила бы базовую технологическую новацию, с которой можно входить в международные проекты и в конечном итоге сохранить себя в клубе ведущих космических держав. Все это также потребует формирования и устойчивой поддержки государством научно-технических коллективов, способных работать на перспективу.

Источник

Добавить комментарий