Аполлон-14: Фра-Мауро

21:31 14/02/2020
Комментарии 1 👁 211

Авария «Аполлона-13» притормозила американскую программу, и как раз в это время после нескольких неудач пришел успех к бабакинским АМС: «Луна-16» доставила на Землю лунный грунт, а «Луна-17» доставила на Луну «Луноход-1». В СССР тайно готовили пилотируемые полеты на ракете Н-1, но «Аполлон» быстро встал на ноги.

Командиром нового экипажа стал сам Алан Шепард, 47–летний «американский Гагарин», совершивший в мае 1961 г. первый суборбитальный полет на «Меркурии». Пилотом CSM был взят Стюарт Руса, 37 лет, до NASA служил на атомных бомбардировщиках. А что касается Эдгара Митчелла, то лучших пилотов LM, чем он и Фред Хейс, в NASA не было.

В пасмурный полдень 31 января 1971 г. «Сатурн-5» поднял их на орбиту и отправил к Луне. На орбиту Луны прибыли по расписанию. Перешли с орбиты захвата на селеноцентрическую орбиту, растыковали LM и CSM, приступили к тестированию посадочной процедуры компьютера. Но вдруг программа аварийного возвращения начала показывать неверные данные и после нескольких проверок операторами в ЦУПе стало ясно: Луна потеряна! В программе спуска обнаружился сбой, из‑за которого невозможно было прилуниться. До захода на посадку оставалось 1,5 часа, в запасе еще виток вокруг Луны — 2 часа.

Разработчика программного обеспечения LM Дональда Айлза после ночного звонка из Хьюстона незамедлительно доставили автомобилем ВВС в его лабораторию в Массачусетсе через час. Он написал дополнительную процедуру к программе спуска на Луну, которую тут же пересылали на тренажер Хьюстона. Времени оставалась мало, так что в условиях его жестокого дефицита могли возникнуть побочные эффекты при посадке. В случае чего пилотам предстояло выкручиваться самим.

Им передали программу! Эдгар Митчелл подготовил LM за 15 минут до критического момента. Пока он переустанавливал программу, Алан, казалось, не дышал; он уже решил для себя, что сядет на Луну, чего бы ему это ни стоило.

Переведя дух, пилоты включили программу спуска. Впервые командир не запрашивал ЦУП, а просто сказал: «Мы пошли». Лунный модуль начал снижаться по пологой дуге к поверхности, но экипаж не получал данные от радара прилунения и они приближались не к Луне, а к аварийному прекращению миссии! В зале наступила могильная тишина. Дик Слейтон из ЦУПа попросил Алана пошевелить радар, и добавил: Господи, он собирается прилуниться так?!

ЦУП голосом пастора на похоронах приказал экипажу LM вызвать программу аварийного прекращения посадки, пилоты мрачно докладывают о получении команды.

Когда LM снизился до ошибочно заданной радару малой высоты (4,5 км), радар «схватил» Луну и данные начали поступать. В течение 2 мин 17 с программа «Аполлон» была мертва, и вот воскресла! ЦУПу понадобилось время, чтобы прийти в себя. Капком выдавил из себя голосом человека, выходящего из гипноза: «Вы… идете… на прилунение!

Лунный модуль прилунился в 50 км к северу от кратера Фра Мауро. Прилунились с наклоном, но могло быть и хуже: ближняя опора чуть не попала в ямку.

Алан Шепард: «Посмотрев в окно модуля я увидел угрюмую волнистую равнину мышиного серо — коричневого цвета, похожая на запорошенное снегом вечернее поле, и сказал Эду с усмешкой: «Ну что, пошли играть в снежки?»

Перед первым выходом астронавты переконфигурировав LM на взлет, сделали фотопанораму из окон, отдохнули, перекусили, надели ранцы и приступили к выходу на лунную поверхность выполнять поставленные им задачи.

Главным «орудием» этой миссии стала двухколесная тележка — модульный транспортер оборудования (Modular Equipment Transporter, МЕТ), средство для перевозки приборов, а также образцов лунных минералов.

Алан не жаловался на трудности передвижения, а Эдвард трижды останавливался передохнуть: штанга на которой он нёс оборудование выкручивала руки и ограничивала движения ног, они загребали пыль, а неровная поверхность сбивала с ритма хода. Геологи в ЦУПе, следя на телеэкранах за удаляющимися астронавтами, были озадачены волнистостью казавшегося издалека ровным рельефа: он напоминал пологие дюны с амплитудой по вертикали около 2 м. Две маленькие белые фигурки то утопали по плечи, то появлялись во весь рост, а то и совсем исчезали. Оборачиваясь из глубины очередной ложбины, астронавты теряли из виду свой лунный модуль, а с перевала новой дюны видели его уже внизу, под горкой.

Луна — великий мастер оптических иллюзий. Ни одно расстояние не удается определить на глаз с точностью даже 50 %. Ни одна деталь на фотографиях, сделанных с орбиты, не узнается, когда вы стоите на поверхности: многое оказывается скрыто волнистым рельефом или заштриховано игрой теней. А тени на Луне все одинаково черные, независимо от глубины: любое темное пятно может оказаться многометровым провалом или едва заметной вмятиной, а то и просто длинным ровным склоном, а крутой, как стена, скат холма, кажущийся неприступным, при ближайшем рассмотрении превращается в пологий подъем. Что кажется плоским и невыразительным, с приближением преобразуется в череду сопок, дюн и ложбин.

Астронавты выполнили почти все поставленные задачи. К кратеру Конус они так и не вышли, заблудились! Полчаса шли, спорили, изучали карту, но все безнадёжно. Они готовы были продолжать поиск, но Земля сказала: «Назад». После возвращения начали готовиться к взлету с Луны. Ал и Эд подняли в кабину 43 кг образцов лунной породы, фотопленки и ловушку солнечного ветра после чего взлетная ступень с астронавтами покинула Луну. Стыковочный узел на орбите притянул их с первой попытки. От радости, что стыковка удалась, покидая ВС, они забыли забрать из ее кинокамеры последнюю отснятую кассету.

Миссия «Аполлон-14» замечательна всем: и мужеством пилотов, и почти полным выполнением нереального плана. Достичь кратера Конус они не смогли не по своей вине. Отчасти это была ошибка тех, кто планировал маршрут: направление движения — на солнце, слишком удаленное место посадки, неверная оценка объема препятствий и их характера. Земляне только начинали учиться путешествовать по Луне. Они были вдвоем на целой планете и совершили самый длинный в истории человечества пеший поход за пределами Земли.

Эдгар Митчелл: «Самые сильные чувства я испытал на пути домой. В иллюминаторе моей кабины, сменяли друг друга каждые две минуты Земля, Луна и Солнце, и полная круговая панорама небесного рая. И это было мощное, чрезвычайное переживание. И вдруг я осознал, что молекулы моего тела, и молекулы космического корабля и молекулы тел моих товарищей были смоделированы и произведены древними поколениями звезд. И меня охватило чрезвычайное чувство единства и взаимосвязанности. Это были не они и мы, это было “я – это всё, всё – это я, всё это – единое целое”. И сопровождалось всё это экстазом, чувством: “О, Господи, да!”, такое прозрение, проникновение в сущность».

Дорогие друзья! Желаете всегда быть в курсе последних событий во Вселенной? Подпишитесь на рассылку оповещений о новых статьях, нажав на кнопку с колокольчиком в правом нижнем углу экрана ➤ ➤ ➤

Источник

One Comment

  1. Григорий:

    Между прочим, в экипаже Шепарда не было ни одного человека с опытом космических полётов. Это было не случайно: Шепард, не имея фактически опыта космических полётов (пятиминутное пребывание в невесомости не в счёт), не хотел иметь более опытного астронавта в экипаже. Это было грубым нарушением принятых в то время в НАСА правил формирований экипажа, но Слейтон – глава офиса астронавтов – пошёл на него ради своего друга. И не прогадал 🙂 – Шепард, сменивший Слейтона в этой должности, назначил его в экипаж Стаффорда для полёта по программе Союз-Аполлон.

Добавить комментарий